Глава 1. Проблемы проверки и самопроверки учебного упражнения «Композиция из геометрических тел»

Перед преподавателем художественной школы, колледжа, вуза часто встает вопрос — какой рисунок считать наиболее достоверным. Когда работа идет с натурой, ответ кажется очевидным. Тогда как в рисовании по представлению ответ дать не только сложно, но и сама постановка вопроса кажется лишенной смысла. Любой рисунок может быть «красивым по-своему», и все зависит только от того, кто его оценивает. На сегодняшний момент нет никаких общепринятых или, по крайней мере, общеизвестных правил, чтобы оценить работу по объективным критериям, наличию и отсутствию ошибок. Все на первый взгляд ошибки, или наоборот, преимущества являются вкусовыми, именно общепринятыми, но часто спорными, а порой просто вредными для самого процесса — когда очевидные ошибки построения компенсируется внешним прилежным видом рисунка. Это поставило перед педагогами задачу — сформулировать критерии оценки. Такие часто фигурирующие в оценках «ошибки», как «кривые линии», «небрежность», «невнимательное отношение к работе», выглядят особенно неубедительно, когда речь идет о серьезном экзаменационном испытании, от которого зависит зачастую профессия испытуемого.

Первые попытки сформулировать общие правила в построении геометрических тел привели к еще большим «разночтениям» ввиду того, что они не были сформулированы до конца и носили характер скорее рекомендательный. Оправданием таких «сырых» методик было то, что рисунок не является областью начертательной геометрии. Это справедливо отчасти; основа рисунка, его «главная формула», о которой будет сказано ниже, в третьей главе, не является обязательной в построении и проверке, например, в начертательной геометрии; но в основе своей, когда речь заходит о самопроверке или когда встает необходимость добиться наибольшей точности изображаемой постановки, неизбежно требует знания именно в этой области.

Но такие инструменты, как построенная линия горизонта, использование прототипов геометрических тел в натуре, переходные упражнения вроде натюрморта, интерьера, экстерьера, отдельные специальные семинары, разъясняющие основы перспективного изображения, чаще не дают необходимого эффекта. Работа обязана быть не только «достоверной» в «видимой» части, не только убедительной с первого взгляда, к чему, как предполагает стандартная методика, ученик приходит с опытом, но и быть точной, полезной для освоения смежных, сопрягаемых курсов, таких как промышленное и архитектурное проектирование, черчение, бумажное моделирование, дизайн и т. п.

Иными словами, нынешний композиционный рисунок даже в ведущих профильных вузах представляет собой довольно сложную геометрическую конструкцию, не лишенную часто и сложного авторского сюжета — то есть одной из целей самого упражнения, но не имеет под собой базы, основанной на реальном представлении о пространстве. Следовательно, все «надстройки» в виде внедрения нестандартных геометрических фигур непосредственно в само условие задания «сложных» сечений — бессмысленны, пока не сформулирован ответ на ключевой вопрос — что может отвечать за точность и «достоверность» в пространстве плоскости, фигуры, тела. А отсюда: точность размеров, пропорций, перспективы и, в конечном счете, убедительность общего впечатления от работы.

В практике при анализе и проверке работы применяется квадрат с вписанной в него окружностью: квадрат помогает оценить глубину, также модульный квадрат помогает определить пропорции фигур, а окружность «помогает» самому квадрату быть достоверным. Казалось бы, эти два взаимосвязанных приема вполне могут сформировать должный рисунок, но положение осложняется тем, что трехмерное пространство не обеспечивает той свободы, которая возможна в изображении двухмерного пространства. Трехмерное пространство требует конкретных знаний. Например, нарушение последовательности выполнения рисования квадрата куба, когда эллипс вписывается в квадрат, а не наоборот, ведет к тому, что «ожидаемая» окружность оказывается «в плане» овалом, а не окружностью, вытянутой по ширине или высоте. Эта ошибка легко выявляется посредством построения боковых и верхних проекций. Ошибка возникает вследствие «случайного» поворота оси эллипса, вписанного в квадрат, расположенного на предметной плоскости, Такой квадрат, как и всю композицию в целом, всегда проще начать заново, чем пытаться исправить в ней первую, фундаментальную ошибку. Иными словами, если квадрат не является квадратом, тогда вне всяких сомнений куб не будет кубом, а отсюда призма призмой, пирамида пирамидой, и количество ошибок будет равняться количеству геометрических тел.

И это лишь один пример того, с чем приходится сталкиваться учащемуся в освоении рисунка, дисциплины, казалось бы, далеко не самой сложной. А ведь из вольной трактовки формы прямиком вытекают не менее существенные проблемы, с которыми преподавателю рисунка приходится иметь дело, косвенно свидетельствующие о незнании предмета как объекта комплекса характеристик пространства и объема. Приведем лишь некоторые наиболее распространенные ошибки, возникающие порой даже в работах, оцененных как хорошие и очень хорошие:

1. «Случайные врезки», когда геометрические тела «накладываются» на предыдущие тела без привязки к ним, то есть тело врезается в предыдущее сформированное тело посредством наложения силуэта тела, а не строится из узловых точек, сечений. У этой проблемы несколько причин. Чаще всего это нежелание или неумение работать с ортогональными проекциями, с тем, что архитекторы называют планами и фасадами. А отсюда вытекают ошибки как пропорциональные, так и ошибки непосредственно в сечениях, не говоря уже о том, что таким образом само название экзаменационного или курсового упражнения — композиция — теряет смысл.
2. Отсутствие ортогональных проекций в процессе создания композиции. Это не является ошибкой как таковой, но косвенно свидетельствует о том, что у учащихся не сформировано цельное представление об изображаемых предметах. Печально, что такой подход скорее поощряется в ряде вузов, считается, что студент, способный справиться без вспомогательных зарисовок, будь то эскизы, вынесенные за рамки листа сечения, или непосредственно ортогональные проекции — обладатель выработанного архитектурного чутья. Более того, вместо конкретных практических упражнений, способных расширить «пространственный кругозор», часто ограничиваются беседами о ритме, гармонии масс, масштабе и метре. Это по сути совершенно справедливо, но ведь при таком подходе именно гармонии и в отдельности ритма лишается композиция.
Без параллельного контроля через вспомогательные рисунки мы имеем дело с наслаиванием тел друг на друга, с такой же последующей врезкой тел «куда придется». Именно понимание, как будет формироваться тело, как оно выглядит в различных ортогональных проекциях, из каких конкретных точек и линий оно поднимется или опустится, и насколько именно, от плоскости тела уже сформированного, и обеспечивает осмысленность в работе, некоторый гармоничный сюжет, искомый ритм.
3. Непонимание законов линейной перспективы. Увы, и здесь мы вынуждены констатировать, что линейная перспектива часто преподносится учащимся как рекомендация, чтобы получилось «ровней», «убедительней». Предлагаются абстрактные точки схода, условная линия горизонта, в то же время в современных методиках отсутствуют ортогональные проекции предлагаемых трехмерных сюжетов. Это не означает, что в работе надо искать все перечисленное, но понимание правил перспективы исключает существенную долю ошибок, связанных с искажением изображаемых предметов. Однако учащимся предлагаются термины, предлагаются некоторые схемы из курса начертательной геометрии, но бессистемно, когда не указывается на взаимосвязь плана, фасада и непосредственно перспективного изображения.
4. Неумение сопоставить перспективный вид с планом и боковыми проекциями приводит к непониманию и «природы» эллипса, а такая тема, как «Раскрытие эллипса и квадрата», часто ставит даже опытных рисовальщиков в тупик. В различных методиках нередко встречаются практические советы, как изобразить эллипс наиболее убедительно, например, даже при помощи двух кнопок и бечевки, но нет таких упражнений, которые бы связали ортогональную проекцию эллипса (то есть окружность или линию) с перспективным изображением. Отсюда у учащихся, с одной стороны, нередко наблюдается зацикленность на некотором образе «правильного» аккуратного эллипса с определенным раскрытием, всегда примерно одинаковым, а с другой стороны, наблюдается оторванность эллипса от квадрата, как понятия как бы параллельного, никак с ним не связанного. Это, очевидно, не только не дает сориентироваться в изображаемом пространстве, но и формирует вредный стереотип, когда конкретному телу назначается отдельный алгоритм построения. Тогда как в ортогональной проекции то или иное разбираемое геометрическое тело будет представлять собой тот или иной геометрический примитив: окружность, квадрат, треугольник, причем эти же фигуры — треугольники, круги легко впишутся в квадрат или в прямоугольник.

Вышеизложенные системные ошибки подтверждают необходимость создания пошаговых, доступно изложенных пособий по самостоятельному освоению таких упражнений, как натюрморт и композиция из геометрических тел.



НАЗАД | ГЛАВА 2






© Рисунок по представлению
2016 г.
















                  287 руб.





                  319 руб.